Может ли взрослый человек в парных отношениях нуждаться во времени вне общения, быть эмоционально доступным несколько дней? А видите ли вы для себя возможность дать партнеру такой вид поддержки: освободить его на какое-то время от своей тревоги за ваши отношения? Ольга Нечаева о тревожных и избегающих и о том, возможно ли им построить гармоничные отношения.
Скажите, дорогие, а в вашей картине мира возможно ли, что взрослый человек в парных отношениях может нуждаться во времени вне общения? Не в смысле посидеть с книжкой тихо, а в смысле не быть эмоционально доступным несколько дней? Сказать, “мне нужно помолчать”, “мне нужно побыть самому с собой”, например, и получить это без обременения угрозой/обидой?
Ну вот просто нуждаться побыть наедине со своими делами и заботами, не нести на себе в этот момент еще и обязанности общаться? Или это недопустимо и сразу нелюбовь?
Я почему спрашиваю. Я встречала среди людей с тревожной привязанностью убеждение, что в отношениях этого не может быть, не должно быть, что это все/конец/нелюбовь. Что забота об их тревоге и близости – это неслагаемое с себя обязательство. Что ну не может человек не хотеть видеть какое-то время близких. И если он в таком нуждается – то это всегда имеет цену “ах так? Значит ты не любишь/прощай”.
Это же вопрос более философский, если хотите. Может ли взрослый любящий хотеть быть сам с собой и БЕЗ МЕНЯ в принципе? Иметь пространство, где он может побыть вне роли “любящего поддерживающего партнера”, вне ответственности за мои чувства и состояние?
Видите ли вы для себя возможность дать партнеру такой вид поддержки: освободить его на какое-то время от своей тревоги за отношения?
Обычно люди тревожной привязанности убеждены в том, что роль и задача партнера – успокаивать их тревогу. Не теряться, не пропадать, разуверять, достаточно давать любви и уверений. А если он этого не делает, то пусть катится.
Я в принципе я согласна, что отношения для того и есть, чтобы в них мы могли эмоционально заботиться друг о друге.
Я знаю, что тревожные и избегающие склонны притягиваться. И каждый из них имеет свой “язык заботы”. Тревожным нужен постоянный контакт и разуверения. Избегающим – пространство и возможность не быть в постоянном контакте. И, кажется, это неразрешимое противоречие.
Я хочу спросить у тревожных: понимая, как для вас важны ваши эмоциональные потребности, можете ли вы увидеть зеркальные эмоциональные потребности вашего избегающего партнера, и дать ему пространство, где можно передохнуть от вашей тревоги?
В теме отношений и типов привязанности есть (кроме естественного количества инфодешевки) один миф, который регулярно всплывает в обсуждениях в нашей бережной группе.
“Избегающие специально молчат/уходят, чтобы привязать к себе”.
Нет.
Это – поведение тревожной привязанности.
Может быть – нарциссической травмы.
Но намеренное выдерживание молчания, слежка за тем, как другой маринуется – это игры тревоги, которая включает манипуляцию, как способ контролировать другого.
За избегающей привязанностью стоит детская травма привязанности, которая сделала близость опасной.
Это мог быть контроль родителя, который следил, лез, читал дневники, комментировал, оценивал.
Это могла быть гиперопека, которая лишала самостоятельности, отбирала радость свободы, достижения, риска.
Это могла быть жестокость, эмоциональный или физический абьюз, насилие – когда самый близкий уничтожал тебя.
Это могло быть унижение и наказание за слабость, уязвимость.
Если тревожный живет в вечной надежде получить любовь, то избегающий решил, что проживет без нее.
Тревожный мечтает найти недостающие объятия, избегающий утратил это надежду.
Тревожный верит, что любовь его спасет и вылечит, избегающий – что уничтожит. Такой был его опыт любви.
Тревожный испытывал голод любви.
Избегающий получил вместо любви – яд.
Внутри мы все хотим близости, но не может подойти к ней и попробовать, потому что она прочно слита с болью, и он при намеке на нее, отскакивает, как от огня.
Ему нужен долгий опыт, что близость безопасна, что дверь не захлопнут за ним, что это – не капкан. Избегающий похож на травмированное уличное животное, которое не верит людям. Котик, который гуляет сам по себе.
Если ему будут достаточно долго издалека оставлять еду и не запирать дверь, он будет приходить и даже позволять себя гладить. И в хороших обстоятельствах этот котик даже способен привыкнуть у мудрому и терпеливому хозяину, и перестать истерически бросаться, как только дверь закрывается.
Мне что важно сказать.
Мы все склонны находить противоположный тип, потому что именно он нас травмировал в детстве. Тревожные матери гиперопекали, и выросший ребенок находит тревожных партнеров, чтобы его наконец приняли, как есть, поверили и не шантажировали “ты разобьешь маме сердце”
А тревожные находят избегающих партнеров, потому что именно такие отсутствующие отцы и занятые собой матери навсегда поселили в них ощущение, что если еще чуть-чуть постараться и быть хорошей, то может быть тебя наконец полюбят.
И мучают они друг друга долго и счастливо, пока не… осознают, как работает эта штука. Почему зачастую мы ведем себя противоположно тому, что хотим. Почему тревожные “намеренно не пишут”, а избегающие “обещают жениться”. Как это изменить и стоит ли жить на минном поле?
Многие из нас поранены поведением противоположного типа: “душными” тревожниками и “холодными” избегающими. Мы накопили много обид и шрамов, и совсем не хотим понимать ни этих душнил, ни этих отморозков…
Если ли выход? И всегда ли он только в поиске мифических “надежных”, которые совсем не хотят искаться, потому что а) их мало!! и б) они выбирают друг друга и живут долго и счастливо?
Вот про это наш новый квест – трансформационная практика “7 шагов к счастливым отношениям”!
Сделан он максимально интересно: там и детективные расследования, и игры, и лекции, и упражнения, и медитации, и метафорические карты – но одновременно это серьезное путешествие в рамках схематерапевтического подхода.
Знаю, что неприятно, когда в конце продают, но
- Это мое детище
- Он правда офигенный
- Комментарий от команды – это один из наших лучших квестов и мы им очень гордимся!
No Comments